Эти снимки я привезла из Монголии, с международного фестиваля беркутчи. Беркутчи — это охотники, которые ловят, тренируют и используют взрослых птиц для традиционной конной охоты на лисиц, зайцев, волков. Это древнее ремесло распространено, к примеру, у казахов. Собственно, именно казахские традиции на снимках.

Как охотники обзаводятся своими крылатыми помощниками? Обычно забирают птенцов из гнезда, когда те еще не научились летать, забираясь высоко в горы к гнездовью беркута. Обычно такие гнёзда на отвесных скалах, забираются туда беркутчи, рискуя не только полететь вниз, но и пострадать от взрослой птицы, защищающей свои гнёзда.

Охотники могут воспитать не только птенца, но и довольно взрослую птицу. Делают это с помощью приманки и сети на земле.

Дикого взрослого орла в первое время держат в полумраке в кожаном колпачке. Задача охотника на начальном этапе — сломить дикий нрав взрослой птицы. Еду дают в толстой перчатке, постепенно приучая беркута к своему присутствию и ассоциации, что человек рядом — это забота.

Такие колпачки вы можете видеть и на фото. Их охотники в данном случае используют как защиту от стресса. Темнота под колпачком создает ощущение ночи, и птица не пугается шума толпы, машин, музыки или лошадей во время соревнований. Называется колпачок томага, снимает его со своей птицы только в нужный момент, когда подаёт ей команду к полёту или атаке.

Кроме того, что эти традиции сохранились у народа, здорово, что их показывают туристам — вход на подобные фестивали доступен каждому, кто интересуется традициями народов мира.

В подборке представлены репортажные портреты охотников — невозможно было остановиться и перестать нажимать на затвор камеры. Колоритные лица и охотничья одежда безусловно, привлекают внимание.

 Сами состязания представляют большой интерес даже для непосвященных. Когда охотники демонстрируют взаимодействие с птицей — это один из этапов. Вот охотники на своих малорослых лошадях поднимаются на вершину горы, оставляют там свою птицу. Сами возвращаются вниз. Задача каждого охотника — призвать свою птицу на руку. Тут и выясняется, как налажен их контакт, который долгое время строится на доверии. Охотник издаёт особый гортанный крик, беркут должен прилететь точно на его руку и взять своё угощение. Во время состязаний птицы вели себя по-разному: единицы сделали то, чего от них ждали, другая птица могла покружить высоко в небе и так и не долететь до своего хозяина в нужный момент, третья вообще не соизволила подняться с горы в небо. Но когда птица долетала до руки охотника — в небо поднимались десятки возгласов одобрений от зрителей.

Традиционные состязания копкар, когда охотники верхом на коне борются за тушу барана (именно за тушу, в процессе нет никаких убийств и жестокого обращения с животными). Задача — на скаку вырвать тушу из рук соперника и победоносно бросить её в центр обозначенного круга, тем самым демонстрируя свою победу. В свое время такие состязания служили отличной тренировкой для воинов, развивая силу, ловкость, координацию и умение держаться в седле в экстремальных условиях.

Для меня это было, пожалуй, самым зрелищным моментом состязаний и, признаться, заворожило. Иногда казалось, что воины сливаются с конём и превращаются в единое целое, напоминая кентавров. Есть во всём этот что-то настоящее, первобытное, наполненное энергией. Иногда охотники исчезали вместе с тушей и соперником за пределы видимости и по возращению на основную площадку разыгрывались нешуточные страсти. Ну, либо спор за тушу был решён и победитель проявлялся на фоне гор или голубого неба с тушей через плечо, а второй уже не пытался с этим ничего сделать.

Забавным, но сильным зрелищем стало соревнование в парах, когда супруга охотника — тоже прекрасная наездница — должна догнать мужа верхом на своем коне и хлестануть его от всей души кнутом. «Ох, вот бы я так могла», — слышу от одной из туристки.

Два дня н фестивале — как один миг. Когда в перерывах звучала национальная музыка, охотники танцевали! Тоже верхом, и это было очень красиво. Когда охотник танцует, в этом есть что-то необъяснимо прекрасное, а сделать снимок для меня в эти моменты не представлялось возможным. Кажется, что такое отснять вообще невозможно в той куче, которая сформировалась — кони, люди — все смешалось и стало похоже на запутавшийся клубок традиций, любопытства, желание сделать хоть один кадр и беспокойством о том, что тебя все-таки зашибут эти тугие, коротконогие лошадки.

Хотелось бы мне туда еще раз? Да. Соберусь ли? Не знаю. Не планете ещё столько мест, которые не видела и хочется взглянуть на них хотя бы раз.